Иван Грек. Откуда взялись на головы народа Молдовы Плахотнюк, Додон и Санду
Share on facebook
Share on twitter
Share on google
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on skype
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on email
Share on print

«ГЕРОИ» ПОТЕРЯННОГО МОЛДОВОЙ ДЕСЯТИЛЕТИЯ.
Иван ГРЕК, доктор истории, политолог
– Мы все время анализируем и оцениваем партийно-политические процессы в Республике Молдова по коротким временным отрезкам: парламентские выборы, президентская кампания, местные выборы… Это не позволяет рассматривать происходящие в Молдове события как стратегические, увидеть всю их картину за больший промежуток времени, например, на протяжении второго десятилетия текущего столетия.
Оно характеризуется усилением геополитической зависимости Кишинева от Запада, переориентацией внешнеэкономических связей Молдовы с Востока на Запад, возрастанием этнополитической, экономической и финансовой подчиненности правобережной Молдовы Румынии, углублением проникновения идеологии румыноунионизма в обществе, установлением в стране режима захваченного государства, проведением систематических русофобских кампаний и политических действий. Известен и круг лиц этого десятилетия, так управлявших правым берегом Днестра, в том числе посредством коалиций АЕИ-1, АЕИ-2, АЕИ-3, замененных затем властью одной узурпаторской демпартией. Наибольшую известность, как правило, негативную, получили в ушедшем десятилетии М. Гимпу, М. Лупу, В. Филат, Ю. Лянкэ, А. Канду, П. Филипп. Каждый из них карьерно возвышался на какое-то время на политической сцене Кишинева, чтобы затем уйти с нее не по собственному желанию.
Из общей массы кишиневских деятелей выделяю троих: В. Г. Плахотнюка, И. Н. Додона, М. Г. Санду. Есть что-то общее между ними. Все трое пришли в политику в начале этого десятилетия и продержались в нем до его конца. Все они не были политиками, но стали ими. Во властных структурах государства занимали определенные ниши (депутат, министр, вице-премьер, вице-спикер) и шли по восходящей карьерной лестнице. Каждый из них возглавил партию, либо рейдерски ее захватив (И. Додон), или создавая ее, по рекомендации и поддержки извне (М. Санду), либо делая только вид, что принимает приглашение возглавить ее (В. Плахотнюк). Все трое проявляли свои административные способности и личные качества в политической системе правобережной Молдовы, по-разному оцениваемые в политически и этнически дезинтегрированном ее обществе. А с чего они начинали?
ПЛАХОТНЮК – ДОДОН: ВНАЧАЛЕ БЫЛИ БИЗНЕС ИНТЕРЕСЫ. Данная тема никогда не была в моем экспертном багаже: сознательно избегал затрагивать ее в своих публикациях. Что не означает, что она меня не интересовала, хотя бы в порядке самообразования. Придется нарушить собственное табу, чтобы докопаться до истины. Но только по одному бизнес направлению (их, говорят, было несколько), о котором речь пойдет ниже. Все, что будет изложено, основано на фактах, имеющих отношение к В. Плахотнюку и И. Додону. Некоторые из них известны очень узкому кругу лиц в Кишиневе, к коим себя не отношу. Их сознательно замалчивали или тщательно скрывали от посторонних глаз. Пребывая в статусе, недоступном для правовых органов страны, о них очень мало что было тогда известно журналистам и почти ничего конкретного не отражено в СМИ. Это «почти» фрагментарно доходило до меня по различным каналам, в том числе и в беседах «на кухне», где озвучивались и «действующие лица».
В. Плахотнюк и И. Додон пришли в политику оттуда, где легальная и теневая стороны бизнеса тесно переплетены. После июльских выборов 2009 г. (мой депутатский мандат истек в марте 2005 г. и я, естественно, не имел прежней информационной подпитки) до меня стала доходить информация по так названной тогда молдавской «мясной мафии» (была еще и российская «мясная мафия»). Ее идея, формирования состава, определения его главных действующих лиц и начало практической ее реализации имели место в последние годы президентства В. Н. Воронина. Сам он уделял большое внимание подъему животноводческой отрасли республики с целью насыщения рынка страны мясной отечественной продукцией. Однако это не входило в планы бизнес структур и их владельцев, финансовое благополучие которых было завязано на импорте мяса. Именно этим кругом лиц, в который входили также и экономические советники президента без его ведома, была разработана и внедрена преступная схема ввоза в страну импортного мяса низкого качества. Оно закупалось, можно сказать, по бросовой цене, а выбрасывалась на рынок Молдовы по цене, выгодной для указанных бизнес структур и их владельцев, но которая одновременно была ниже цен на отечественную мясную продукцию. По моим «кухонным» сведениям, В. Плахотнюк контролировал многие фирмы, которые получили преференции по импорту мяса и пользовались «серыми» схемами через оффшоры и таможенные склады. И. Додон, министр экономики, подписывал разрешения на его ввоз, будучи прекрасно осведомлен о существовании указанных «серых» схем и закрывал на них глаза. Именно тогда приступили к сознательному и целенаправленному уничтожению животноводческой отрасли Молдовы. Следовательно, В. Плахотнюк и И. Додон еще до 2009 г. знали друг друга, работали вместе в рамках указанной «серой» схемы по импорту мяса. Они были ее главными двигателями и выгодополучателями! Эта «схема», насколько мне известно, была особенно активно использована во времена АЕИ-1 – АЕИ-3, когда главные прежде ее бенефициары, видимо, вышли из нее по политическим соображениям.
СОВОКУПЛЕНИЕ БИЗНЕСА С ПОЛИТИКОЙ. По моим источникам, финансово-экономические интересы В. Плахотнюка и И. Додона были настолько взаимовыгодными, что впоследствии они использовали накопленный опыт сотрудничества и на политической сцене Кишинева. Политические процессы в Молдове после 7 апреля и 29 июля 2009 г. круто изменили их взгляды и планы на свое будущее. До сих пор оба были вне партийно-политической системы страны. Да, они, бизнесмены, один во власти, а второй около нее, использовали ее, но ею надо было овладеть, чтобы управлять. Неизвестно, была ли между ними какая-то договоренность по распределению ролей кто, куда и членом какой партии должен становится, но, очевидно, что оба понимали, что реализовать свои политические амбиции и поставить их на службу своим бизнес интересам они смогут, находясь в разных политических партиях.
И. Додон остановил свой выбор на ПКРМ. Членом партии он стал вскоре после 29 июля 2009 г. Видимо, рассчитывал на то, что после относительного поражения на парламентских выборах В. Воронин уйдет из ее руководства и ему достанется готовая структурированная партия – бери ее и управляй! Но он очень скоро убедился, что съесть В. Воронина ему не удастся, поэтому предал его. В ноябре 2011 г. он увел с собой из фракции ПКРМ депутатов З. Гречаную и В. Абрамчук. Последняя ему нужна была в связи с тем, что была одним из руководителей ПСРМ, а ему позарез требовалось не только стать членом этой партии, но и возглавить ее! Что он и «блестяще» провернул уже в декабре 2011 г., выкинув из ПСРМ не только В. Абрамчук, но и ее мужа В. Крылова.
Влад Плахотнюк стал членом ДПМ в 2010 г. Он воспользовался хорошими отношениями с М. Лупу, который первым начал дробить ПКРМ, уведя часть ее электората к партии Д. Дьякова. По всей вероятности, не только Д. Дьяков, но и В. Плахотнюк стояли за уходом М. Лупу из ПКРМ. Вполне допускаю, что и все последующие уходы из этой партии (вначале В. Степанюка, В. Цуркана и известной журналистки Л. Бельченковой, а затем и В.Мишина) это дело его рук. В руководящий орган ДПМ В. Плахотнюк вошел после парламентских выборов в ноябре 2010 г., но в самом избирательном списке партии он был уже под вторым порядковым номером! Ему удалось сразу занять одну из ключевых позиций в ДПМ, и постепенно готовился стать ее лидером. Но, не будучи им до декабря 2016 г., В. Плахотнюк фактически заправлял всеми делами партии с 2010 г. и формировал под себя ее руководящее ядро.
С 2011–2012 гг. оба занимали ведущие положения в своих партиях, были депутатами парламента и создавали себе условия для взаимосотрудничества и взаимоподдержки, выстраивая одновременно якобы партийно-политическое соперничество, нечто внешне новое в жизни законодательного органа страны. На мой взгляд, после ноябрьских 2010 г. досрочных парламентских выборов В. Плахотнюк во взаимоотношениях с И. Додоном восстанавливает свою роль ведущего, оставляя тому место ведомого. Вместе с тем, их партийно-политическое сотрудничество внешне, из тактических соображений, обставлялось умным, хитрым и расчетливым злым гением В. Плахотнюком как политическое и геополитическое соперничество. Такого соперничества между ними в скрытой упаковке сотрудничества было немало. Я остановлюсь лишь на некоторые, имевшие ключевое значение в политической жизни молдавского государства.
Первым в этом контексте следует назвать голосование И. Додона, З. Гречаной и В. Абрамчук в марте 2012 г. за кандидатуру Н. Тимофти на должность президента Молдовы. И. Додон за это получил то ли 600 тыс., то ли 3 млн. долларов (они назывались в СМИ, но он якобы получил их не от В. Плахотнюка, а от В. Филата, однако иди знай, чьи это были деньги!), и это было главным в политическом поведении лидера ПСРМ. Объективно же, этим незаконным актом голосования он и его сателитки позволили В. Плахотнюку запустить механизм отхода от известных конституционных норм избрания главы государства парламентом двумя попытками. Последующие события свидетельствуют, что именно с марта 2012 г. начался процесс узурпации власти в молдавском государстве. И. Додон объективно несет ответственность за осуществленный В. Плахотнюком ее захват.
В. Плахотнюк расплатился с И. Додоном, убрав с парламентских выборов 2014 г. «Нашу партию» Р. Усатого, чем число депутатов от ПСРМ увеличилось до 26 человек. И именно тогда, в конце ноября 2014 г., В. Плахотнюком была организована кража 1 млрд. долларов из трех банков Кишинева. Судя по известным документам, И. Додон не был в доле, но неизвестно, знал ли о ней предварительно. Да и со всеми ли своими замыслами должен был делиться ведущийсо своим ведомым?
Еще одну поддержку «главный социалист» получил от В. Плахотнюка, когда тот увел из фракции ПКРМ 14 депутатов. Это стало одной из причин того, что партия В. Н. Воронина, не без потаенного желания лидера ПСРМ, утратила бесповоротно роль ведущей политической силы в Молдове. Большая часть ее электората была перенаправлена к партии додоновских социалистов. (Другая причина трагедии ПКРМ – ее расстрел самим В.Ворониным, который исключил из ее рядов группу молодых и талантливых деятелей во главе с М. Ткачуком). Таким образом, И. Додон за два-три года захватил чужую партию, благодаря В. Плахотнюку заполучил чужой электорат и убрал с политической сцены конкурентную партию Р. Усатого, прирастив в два раза численность вошедших в парламент депутатов-социалистов. Нарушив же Конституцию Молдовы участием в нелегитимном избрании Н. Тимофти президентом, И. Додон, повторюсь, несет прямую ответственность за установление В. Плахотнюком в стране режима захваченного государства. Своими политическими эгоистическими амбициями И. Додон внес раскол в левом электоральном сегменте страны, который в настоящее время рассредоточен между ДПМ, партиями В. Воронина, Р. Усатого, а также ГК и собственно ПСРМ. Небольшая его численность замечена и в партии ПАС Майи Санду, что показали выборы в середине ноября 2020 г.
Особо хочу обратить внимание на сотрудничество Плахотнюка и Додона по антиконституционному решению КС от 4 марта 2016 г. об изменении формы избрания главы государства. Мы до сих пор рассматриваем его в рамках захвата Республики Молдова лидером ДПМ В. Плахотнюком. Но И. Додон и фракция ПСРМ не инициировали после июня 2019 г. рассмотрение в парламенте или на референдуме вопроса о модели избрания главы государства. Допустим, что в 2016 г. Додон и Плахотнюк не обсуждали между собой вопрос пересмотра избрания главы государства не депутатами парламента, а всенародным голосованием. Но тот факт, что И. Додон сохранил это решение КС, а в 2020 г. повторил фарс с президентскими выборами, свидетельствует об одном: и в 2016 и в 2020 гг. он был антидемократическим и антиконституционным единомышленником и соратником В. Плахотнюка.
В русле политического сотрудничества олигарха В. Плахотнюка и И. Додона следует рассматривать и внедрение им смешанной системы голосования на парламентских выборах. Это была идея ПЛАХОТНЮКОВСКОЙ ДПМ (2014 г.), но впоследствии И. Додон и фракция ПСРМ в Парламенте двигали ее своим законопроектом. О смешанной системе столько говорили и писали как о совместных действиях ДПМ, ПСРМ и их лидеров, что нет необходимости повторяться.
Таким образом, в 2010-х годах В. Плахотнюк и И. Додон стали самыми скандально известными кишиневскими политиками. В. Плахотнюк – узурпатор-диктатор, организатор кражи миллиарда, гражданин трех государств (Молдовы, Румынии, России), прозападный политик, уголовно преследуемый РФ. И. Додон – антиконституционный президент, избранный по правилам, установленным 4 марта 2016 г. захватчиком молдавского государства, и при его поддержке, объявивший себя единственным в Кишиневе политическим сторонником Кремля. Но, видимо, все-таки стоит подчеркнуть, что сотрудничество между Додоном и Плахотнюком не было «закадычным». Оно было взаимовыгодным, до поры до времени даже политически, финансово-экономически успешным как для ведущего Плахотнюка, так и для ведомого Додона. Но между ними не было равноправных отношений еще до 2009 г., не говоря уже о последующем десятилетии. И особенно это было очевидно с середины ноября 2016 г., когда В. Плахотнюк избирал президентом Молдовы И. Додона, и до середины июня 2019 г., когда усилиями трех геополитических игроков захватчик молдавского государства вынужден был покинуть страну. Почти три года владелец ДПМ, не занимавший никакой государственный пост в республике говорил ее президенту: «Я хозяин, ты дурак», и тот молчаливо соглашался! Не соглашался бы, не позволил пять раз отключать себя от президентских полномочий! Но тяготился ролью ведомого… до середины июня, а точнее до середины ноября 2019 г., когда решил занять освободившееся место захватчика молдавского государства. Однако что позволено ведущему Юпитеру (злодею Плахотнюку), не позволено ведомому быку, пусть он и одет в президентской мантии. И. Додон был смешон в исполнении роли В. Плахотнюка. Тот же, находясь и в изгнании, управлял и парламентом Молдовы, перетасовывая состав его фракций, и самим президентом, вынудив его, во имя спасения себя любимого, объединиться с И. Шором и частью прежних плахотнюковских депутатов!
СКОЛЬКО ВЕРЕВОЧКЕ НИ ВИТЬСЯ…
С конца 2018 или с начала 2019 г., когда И. Додон объявил, что будет баллотироваться на второй президентский срок, вся его и его партии политическая деятельность была сосредоточена на достижение этой поставленной цели. Но избран на второй срок он мог быть только при поддержке В. Плахотнюка, управлявший дпм-овской партией. Вот почему И. Додон так долго пытался выстроить (с февраля по 7 июня 2019 г.) парламентско-правительственную коалицию с владельцем ДПМ. Против решительно выступила Москва, что она подтвердила заявлением Д.Козака в Кишиневе: никакого союза с Плахотнюком, а идти на формирование власти с блоком АКУМ и проведение досрочных парламентских выборов. И. Додон не был не согласен, даже публично озвучивал свое позицию, но Москва, Вашингтон и Брюссель настояли на формирование парламентского большинства ПСРМ + АКУМ с разделением между ними управленческих полномочий. Чтобы спустя 5 месяцев совместными усилиями президента И. Додона и премьер-министра М. Санду положить ему конец и позволить президенту с истекающими полномочиями вернуться к вожделенному союзу с ДПМ, ответственной за захват власти в молдавском государстве. Однако И. Додон не понимал, что сотрудничество с ДПМ, сходящей с политической сцены в небытие, уже не способно было дать ему ключи от президентского кабинета на второй срок.
МАЙЯ САНДУ. Так называемые президентские выборы в ноябре 2020 г. подвели черту под 10-летнее явное и скрытое политическое сотрудничество В. Плахотнюка и И. Додона. Их уход с первых ролей в политической системе страны сопровождается распадом плахотниковской ДПМ и началом конца самой додоновской ПСРМ, независимо от того, как долго он продлится. Этим одновременно освободилась политическая сцена Кишинева для третьего участника бизнес-политиков – Майи Санду, лидерское кресло которой будет ею занято, по крайней мере, до середины 2020-х гг. Если в политической жизни столицы Молдовы ничего неожиданного не произойдет.
М. Санду, гражданка Румынии и Молдовы, скандальный министр образования Молдовы с 2012 по 2015 г. в кабинетах В. Филата и Ю. Лянкэ. В 2015 г. рассматривалась в качестве премьер-министра, но у нее не было своей партии. Она создавала Партию «Содействие и солидарность» (ПАС) с конца 2015 по май 2016 г. По совету внешних кураторов избрала путь политика-оппозиционера как по отношению к прозападному В. Плахотнюку, так и по отношению якобы к прокремлевскому И. Додону. Ее начали продвигать на первые роли в Молдове, наделив имиджем неподкупного борца с криминалом, захватившим власть.
М. Санду из той же самой когорты людей, что и В. Плахотнюк и И. Додон, но пришла от ВБ, будучи там простым клерком, очень четко освоившей его правила игры. А. С. Муравский как-то поведал в соцсетях о ее роли защитника интересов этой международной финансовой структуры еще во времена премьерства И. Стурзы. А ей тогда не было и тридцати! И с тех пор ничего в ее подходах к «государственной деятельности» не изменилось! Да, она не человек Плахотнюка, тем более Додона. Но чем ее бос В. Филат отличается от них? Возможно, она не связана с криминальной составляющей наших частных бизнес-структур, хотя не факт. Но чем МВФ, который ее нам делегировал, лучше для социально-экономического положения простого народа Молдовы?
Как и Плахотнюк, Филат, Додон М. Санду пользуется (мы это видели) и будет пользоваться (мы это еще увидим) в своей политике инструментами, взятыми и освоенными ею из той сферы деятельности, откуда пришла. Ее «политический портрет», не отягощенный еще частью президентской биографии М. Санду (дождемся положенных 100 дней), подтверждает сказанное. Образовательная система Молдовы в полной мере испытала на себе весь этот набор технократических инструментов. У М. Санду более четко и прямолинейно выражена ее геополитическая конфигурации, чем у Плахотнюка или Додона, которые научились, до некоторой степени, лавировать. В отличие от В. Плахотнюка, не делавшего радикальных прорумынских заявлений, М. Санду по своему внутреннему самоощущению не только румынка, но и унионистска. Она этого не скрывала, и открыто заявляла, что объединение Молдовы с Румынией может быть осуществлено путем проведения референдума. Санду исключительно одновекторная геополитическая фигура, ее взор УПРЯМО устремлен только в сторону Запада и Румынии, что она продемонстрировала в своем 5-месячном премьерстве. Но в отличие от В. Плахотнюка-политика, М. Санду была и остается полностью управляемой Западом, в каком бы качестве она ни выступала, министра, премьера, а теперь и президента (примеров-подтверждений более чем достаточно). И если В. Плахотнюк мог позволить себе заявить о некоем третьем или четвертом пути развития Молдовы, то М. Санду этого делать не будет, хоть кол ей на голову теши!
В ее ВНУТРЕННЕМ МИРЕ нет ни грана молдавскости: ни этнической, ни этнокультурной, ни политической. По характеру – она, хотя и управляема, но авторитарна, упряма в достижении поставленной цели. Организаторских способностей не видно. Ее отношение к национальным меньшинствам на правом берегу Днестра на самом низком, если не пренебрежительном уровне. Способны ли, вкрапленные в ее «тронной» речи несколько слов на гагаузском языке, изменить ее внутреннюю суть неприятия, скажем Генерального прокурора А. Д. Стояногло, гагауза по национальности?
Главное отличие М. Санду от В. Плахотнюка состоит в том, что он способен был создать под себя управляемую партийно-государственную систему власти, а она – нет. Санду будет наполнять ЕГО СИСТЕМУ власти своими кадрами, чтобы подчинить ее себе и управлять ею. В этом она будет повторять И. Додона, который стремился овладеть плахотнюковским наследством, но ему не хватало ума и псрм-овских депутатских кресел. Поэтому Санду-президент будет пытаться заполнять парламент своими людьми, чтобы управлять законодательным органом, как это получалось у В. Воронина; формировать подотчетное ей правительство, ибо только тогда она станет полноценным главой государства, пусть и с куцыми полномочиями. Таким образом, М. Санду будет работать по установленным в предыдущее 10-летие политическим лекалам В. Плахотнюка и сохранит их существование на свой президентский срок. Молдавскому государству и народу Молдовы они ничего хорошего не сулят. Без слома плахотнюковской машины личного владения молдавским государством невозможно его демократизировать, демонополизировать, деолигархизировать и декоррупционизировать. М. Санду такой задачи перед собой не ставит.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ: НАСТУПИТ ЛИ ДРУГОЕ ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВРЕМЯ? За 30 лет существования Республики Молдова было несколько попыток создания ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ ПАРТИЙ в новых политических реалиях (СДПМ Оазу Нантоя, НФМ Юрия Рошки, ПКРМ в 2008 г.) но ни одна из них не выдержала испытание временем. И сегодня нет такой партии. Гражданский конгресс только в начале пути и пока неизвестно, завоюет ли он массовую поддержку в народе Молдовы. На мой взгляд, на правоцентристком фланге ничего такого даже не просматривается.
Год 2020-й обозначил полномасштабный кризис всей 30-летней бизнес-партийной системы, известной еще под именем «карманных партидуц». Государственность Молдовы нуждается в появлении двух-трех идеологических партий правоцентристского и левоцентристского толка (крайних может быть сколько угодно, важно, чтобы они не определяли политические процессы развития страны), готовых работать на граждан Республики Молдова, проповедовать политику равной приближенности и равной удаленности от геополитических центров влияния. Партий, способных мирным путем объединить страну, интегрировать народ Молдовы в гражданскую молдавскую нацию со всей своей полиэтнической спецификой, создать ориентированную на внутреннее развитие экономику, способную остановить исход граждан и вернуть в страну хотя бы часть гастарбайтеров, покинувшие родные пенаты и оставившие без присмотра могилы предков.
Либо такие партии появятся и получат поддержку в народе Молдовы, либо время уже упущено.
Share on facebook
Share on twitter
Share on google
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on skype
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on email
Share on print
ПОХОЖИЕ НОВОСТИ
ПОЛИТИКА
ЭКОНОМИКА
КУЛЬТУРА
КОРОНАВИРУС
МНЕНИЕ
ИНТЕРВЬЮ